Она написала убийство, или нет? Взявшая Канны «Анатомия падения»

У известной писательницы Сандры погибает муж Сэмюэль. Смерть наступает при загадочных обстоятельствах: мужчина выпадает из окна на следующий день после ссоры супругов. Теперь Сандру подозревают в убийстве, а её слабовидящий сын Дэниель, выступающий в суде единственным свидетелем, вынужден самостоятельно решить — виновна мать или нет.

Несмотря на детективный сюжет, фильм создаёт основное напряжение не за счёт судебных споров, а через глубину семейного конфликта — того самого, который приходится разбирать следствию, чтобы доказать или опровергнуть вину Сандры. «Анатомия падения» здесь — это не столько изучение угла, под которым падало тело, брызг крови на стене пристройки или высоты окон, сколько доскональный разбор супружеских отношений, падающих в пропасть. Из брака Сандры и Сэмюэля достают всё самое тёмное, страшное и подлое — всё то, что каждая пара старается скрыть от посторонних глаз, как грязное бельё. Достают, чтобы фехтовать этими фактами в суде, отстаивая свою позицию. Это приходится делать и прокурору (впрочем, не без удовольствия), и адвокату (который искренне сочувствует Сандре и, кажется, влюблён в неё).

По большому счёту, у Сандры нет ни одного серьёзного мотива убивать мужа — что немного разрушает саспенс истории. Так уж получилось, что психологически она уже давно «убила» его — осознанно или нет. Выйдя замуж за своего преподавателя по литературе, женщина быстро превзошла учителя. Она стала сильной, продуктивной и успешной писательницей. У Сэмюэля же не было ничего, кроме грандиозных идей и амбиций, которые всё никак не могли обратиться в книгу. Не помогло даже возвращение в родной французский город. Творческая импотенция, проигранное в пух и прах соперничество с женой, нервозная неудовлетворённость на фоне её спокойной уверенности — всё это медленно уничтожало мужчину. Кроме того, именно он винил себя в несчастном случае, который привёл сына к слепоте. Учитывая это, сложно поверить, что у Сандры мог быть хоть какой-то повод пойти на убийство. Впрочем, прямого ответа фильм не даёт. В одном из интервью режиссёр Жюстин Трие сказала, что и сама не знает, виновна ли Сандра.

Портрет главной героини — ключевой акцент в картине. Это успешная, крепкая духом и пугающе спокойная женщина. Возможно, именно эта аура и не позволяет окружающим её мужчинам до конца поверить в невиновность героини. Даже влюблённый адвокат не до конца убеждён в своей подзащитной. Возможно, этим образом режиссёр желала показать, как волевой характер усиливает давление извне — ведь плачущей и слабой жертве сочувствовать легче. Впечатляет, что, развивая эту мысль, Трие не сделала Сандру супергероем и сохранила неоднозначность её характера. Потрясающе сыгравшая свою героиню Сандра Хюллер блестяще владеет мимикой и захватывает внимание зрителя своим напускным равнодушием, за которым что-то точно есть… но что? Зритель толкует увиденное самостоятельно и без подсказок.

Без подсказок вынужден действовать и 11-летний Дэниель. Его слепота — не просто двигатель сюжета, а символ, хорошо отражающий отношение детей к родительским ссорам. Зачастую ребёнок в силу возраста «не видит», почему родители ругаются. Для него это битва двух самых близких и любимых людей. И если детям всё же приходится вникать в конфликт и выбирать сторону, они получают травму. Так нередко случается при разводе, когда ребёнка спрашивают, с кем он хочет жить. В «Анатомии падения» эта ситуация гипертрофирована и переходит в драму — ведь речь идёт не о разводе, а о смерти отца. Мальчик учится быть объективным, видит пугающую правду супружеских отношений и взрослеет. Он принимает решение без подсказок и впервые не может опереться на родителей, потому что должен вынести им вердикт.

Глубоко и правдиво показывая раскол семьи, режиссёр старается быть отстранённой. Суть супружеской жизни здесь проявляется так натуралистично, что ей невозможно давать оценку. И всё же порой обстоятельства принуждают к этому, хоть судебная система и смотрится в иллюзорной, субъективной сфере взаимоотношений почти комично. Выходит, что вывода в картине нет, а гиперреализм лишь подчёркивает относительность любых заключений. Если это так, то «Анатомия падения» — игра со зрителем, загадка без ответа или замок, к которому каждый собирает собственный ключ.

Идея в духе «каждый решает сам» — не самый лучший и довольно избитый приём, который очень многого требует от реализации произведения. С этой задачей фильм определённо справился: зритель видит перед собой не философскую абстракцию, а детально прописанную историю, которая вызывает много эмоций, догадок, сочувствия и переживания. Не привнося в искусство ничего кардинально нового, Жюстин Трие создала слепок нашей реальности, в которой женщины порой оказываются сильнее мужчин, дети решают судьбу родителей, а суд выносит вердикты, исходя не из фактов, а из предположений и симпатий. А зритель пусть подумает за режиссёра — как к этому относиться.