«Призрак в клетке»: индийский след или испанский стыд?

Индонезия — страна, о которой среднестатистический россиянин знает немного. После просмотра фильма «Призрак в клетке» это изменится. Авторы картины проводят экскурс для иностранной публики самым неожиданным из возможных способов: рассказывают историю про благородных маргиналов из индонезийской тюрьмы, которые сталкиваются с серией страшных убийств прямо в стенах казённого учреждения.

Из сюжета зритель узнаёт несколько важных фактов. Во-первых, тюремные касты в Индонезии предпочитают американскую систему российской — вместо титулованных и опущенных здесь воюют группировки татуированных качков и лузеров с повышенным чувством справедливости.

Во-вторых, закон внутри исправительных учреждений не работает: надзиратели принуждают заключённых (неожиданно) молиться и нещадно бьют всех несогласных. Но только бедных — проворовавшимся чиновникам здесь, напротив, предоставляют камеры класса люкс: с телевизором, интернетом и мягкими креслами с кожаной обивкой.

Но есть и кое-что знакомое — печатная журналистика здесь тоже вымирает! И благодаря её предсмертным конвульсиям происходит завязка фильма.

Главный герой картины, журналист по имени Димас (к сожалению, ударение на первую гласную), работает в местной газете и пишет материал о зловредных чиновниках, наживающихся на вырубке лесов. Совершенно случайно его расследование сворачивает не туда — он узнаёт, что на стройке при загадочных обстоятельствах умирают простые работяги, а их смерти старательно замалчивают.

С предвкушением сенсации Димас пишет обо всём в своём тексте и… получает по шапке от злого редактора, который почему-то ругает подчиненного за желтуху и отправляет переписывать текст на целую полосу за 20 минут, потому что типографщик торопится домой, чтобы отвести рожающую жену в больницу — сколько драмы, а это лишь первые 10 минут!

Пока Димас переписывает свою эпопею, необходимость в тексте исчезает. Загадочная сущность, точь в точь похожая на редактора, изощрённо убивает злобного босса. Димас находит его висящим на люстре и попадает в тюрьму по обвинению в убийстве (о СИЗО в Индонезии тоже не знают). Но вот незадача — мистическая расчленёнка следует прямо за Димасом, и при странных обстоятельствах начинают погибать его новые соседи.

То, что происходит в сюжете дальше, нужно смотреть, а не читать. Запертые со злом герои находят причину убийств в философской речи сокамерника, сын провидца начинает видеть ауры людей и каким-то образом понимает, что призрак убивает лишь тех, кто отмечен красным, а из ниоткуда взявшийся мусульманин даёт характеристики всем цветам, которыми светятся люди. Оказывается, что злиться и расстраиваться больше нельзя, и чтобы не привлекать к себе внимание таинственной сущности, герои начинают… танцевать во время драк — привет, индийские мелодрамы и испанский стыд!

В кинематографе есть несколько систем повествования, и «Призрак в клетке» явно делает ставку на азиатскую. В ней принято рассказывать историю через четыре акта — вступление, развитие, премены и
разрешение. Динамика, к которой нас приучили голливудские хорроры, здесь невозможна, потому что кульминации в структуре попросту нет. Может поэтому индонезийский хоррор не вызывает желания узнать, что же будет дальше? Причина, кажется, немного глубже.

«Призрак в клетке» использует базовые архетипы героев: самозабвенный защитник, сомневающийся в себе провидец, жалкий любимец судьбы.

Таким же предсказуемым оказывается и первородное зло — руководствуясь странными причинами, оно убивает расстроенных и переполненных гневом людей — без наслаждения, а значит, без интриги для зрителей.

Не радует и финал. Разгадка таинственных смертей, которую герои получают без боя, просто пораскинув мозгами, настолько высосана из пальца, что совершенно не приносит чувства удовлетворения — напротив, своей искусственностью она лишь напоминает зрителю, что это всего лишь кино.

Современные хорроры перестали быть страшными — их погубила предсказуемость. И «Призрак в клетке» — ещё одно тому подтверждение. За тоннами однотипных сюжетов зрители давно научились видеть из раза в раз повторяющиеся ужимки киноделов и уже знакомые скримеры. И как тут бояться, если ты заранее знаешь, где и как тебя собираются испугать?